Озеро Сиху в Ханчжоу и чай Лунцзин

«Наверху — рай, на земле — Сучжоу и Ханчжоу». Эту поговорку я слышал с детства, но только когда я встал на берегу озера Сиху, я понял, что древние нисколько не преувеличивали.

Я начал обход озера с Моста Дуаньцяо (Сломанного моста). Мост вовсе не сломан, но легенда о Белой Змее и Сюй Сяне сделала его самым знаменитым мостом Китая. Ранним утром на мосту было ещё немноголюдно. Над озером висела тонкая дымка тумана, и далёкие горы с ближними водами сливались в одну размытую картину, написанную тушью.

Я пошёл по дамбе Байди в сторону Одинокого холма. По обеим сторонам склонялись плакучие ивы, время от времени мимо пробегали утренние бегуны. Когда я дошёл до беседки «Осенняя луна над спокойным озером», солнце как раз поднялось из-за пагоды Баочу, заливая озеро золотым светом. Весь мир озарился.

От озера Сиху до деревни Лунцзин на автобусе около сорока минут. Деревня Лунцзин спряталась у подножия горы Шифэншань; вся деревня окружена чайными плантациями, и в воздухе витал нежный аромат чая. Я присел в доме одной чаеводческой семьи. Хозяйка ополоснула стеклянный стакан кипятком, бросила щепотку чая Лунцзин. В тот миг, когда она налила воду, плоские, стройные чайные листья распустились в воде, источая пьянящий аромат — запах цветов бобов с лёгкой ноткой орхидеи. Первый глоток был слегка горьковатым, но сладкое послевкусие пришло почти мгновенно, оставляя в горле долгую чистую сладость. Сидя на балконе чаеводческого дома, перед ярусами зелёных чайных террас, с окутанной облаками горой Шифэншань вдалеке, я медленно выпил три заварки, и всё моё существо замедлилось.

Днём я отправился на улицу Хэфанцзе. Это самая известная историческая улица Ханчжоу. По обеим сторонам вымощенной плитами дороги выстроились здания в псевдо-минском и цинском стилях, где продают чай Лунцзин, крахмал из корня лотоса Сиху, ножницы Чжан Сяоцюаня, веера Ван Синцзи и всевозможные закуски с невыговариваемыми названиями. Я взял «цыплёнка нищего» — завёрнутого в листья лотоса и глину. Когда разбиваешь корку, мясо настолько нежное, что само отходит от костей, а аромат лотосового листа пронизывает каждое волоконце. После этого заказал ещё пирожное Диншэнгао — розовую рисовую лепёшку с начинкой из сладкой бобовой пасты, воздушную и слегка сладкую, которая исчезла в два укуса.

В тот вечер, когда я покидал Ханчжоу, я долго сидел один у озера. Когда дневная суета улеглась, озеро Сиху явило свой самый подлинный облик — тихое, нежное, ни с чем не соперничающее. Быть может, в этом и заключается дух Ханчжоу: ему не нужно ничего нарочито демонстрировать. Красота просто есть здесь, естественно и непринуждённо.